akhbaron1962: (осень)
Новая порция стихов из папиных архивов. Это переводы народных английских песенок и в конце - некий текст, в авторстве которого я не совсем уверена, но он не гуглится. Знаю только, что в близких моим родителям литературно-богемных кругах эта песенка про еврея-переводчика была очень популярна. Однако в папиных бумагах я нашла машинопись. Если кто-то другой претендует на авторство или знает автора - пусть сообщит.

Айкен Драм
Высоко-высоко в вышине,
Далеко-далеко на Луне
Жил-был человек, счастливый вполне,
По имени Айкен Драм.
На сверкающей ложке,
На большой поварешке
Он любил поиграть по утрам,
И звали его Айкен Драм.

Когда ж становилось
Прохладно и сыро,
Он напяливал шляпу
Из круглого сыра
И в шляпе гулял по холмам и долам.
И звали его Айкен Драм.


Он любил побродить просто так,
И всегда надевал он свой фрак
Из прекрасного красного ростбифа.
(Друзья,
Разрешите напомнить вам,
Что звали его Айкен Драм.)

Он нигде не бывал
Без прекрасных часов,
Замечательно собранных из леденцов,
И всегда заводил он их сам,
И звали его Айкен Драм.

Зима наступала в положенный срок.
Зимою он кутался в сладкий пирог
С изюминками по краям,
И звали его Айкен Драм.


Он жил на Луне много лет,
Обувался в телячий паштет
И бродил там и тут,
И бывал тут и там,
И звали его Айкен Драм.


Вилли Вуд
В это время в другой стране,
В какой – неизвестно мне,
Но вовсе не там,
Где жил Айкен Драм,
И при этом вовсе не тут
Жил-был человек, жостойный вполне,
По имени Вилли Вуд.

Он бритву блестящую брал
И на бритве, на бритве играл.
Не считал он занятие это за труд,
И звали его Вилли Вуд.

Однажды,
Надумав позавтракать сытно,
Взял он чудную шляпу
Из круглого сыра
И слопал ее в пять минут.
И звали его Вилли Вуд.


А потом просто так, просто так
Он съел удивительный фрак
Из прекрасного красного ростбифа…
(Напомню для всех,
Кто присутствует тут,
Что звали его Вилли Вуд.)

Он на сладкое
Сгрыз половину часов,
Замечательно собранных из леденцов,
И с тех пор часы не идут,
И в починку их неберут,
И в том виноват Вилли Вуд!

Однажды зимой
Он изрядно продрог
И сжевал, чтоб согреться,
Весь сладкий пирог,
И ждал, что еще принесут,
И звали его Вилли Вуд.


Но он подавился
Телячьим паштетом,
И сказку пора нам закончить на этом,
И теперь никого не зовут
Вилли Вуд.

Старый герцог Йорк
Седой герцог Йорк
Собирает свой полк –
Тысячу бравых солдат.
«Перед нами – гора.
Кричите «ура!»,
До вершины бегом
И назад!»
Неважно, стоит ли жара,
Или морозы трещат –
Но с криком «ура!»
Туда и назад
День и ночь марширует отряд
На вершине солдаты стоят,
У подножья солдаты лежат,
Но Йорк подает им команду опять,
И снова отряд в путихоть не в силах никто
Ни стоять, ни лежать,
Ни кричать, ни молчать,
Ни идти…

Инси-Винси
Где сегодня Инси-Винси?
Он висит на паутинке.
Но с небес,
Из синей выси,
Вдруг
посыпались
дождинки –
дождь слепой
летит на лес!
Инси-Винси вмиг исчез.
Солнце рыжее повисло,
Просушило все тропинки.
Снова Инси, снова Винси
Лезет вверх по паутинке!

Барашек Мэри Сов
Барашек был у Мэри Сов.
Она зовет: «Снежок!» -
И он тотчас бежит на зов,
Ласкаясь, как щенок.

Когда она входила в дом,
Он скромно ждал у двери.
Как хвост, что всюду был при нем,-
Он сам был всюду с Мэри.

Настал сентябрь, и как-то раз,
В один из ясных дней,
Когда входила Мэри в класс,
Вбежал он вслед за ней.

Все веселились кто как мог,
Кричали все: «Привет, Снежок,
Наш новый ученик!»
Но школьный сторож дал звонок,
И все притихли вмиг.

Вошла учительница в класс и огляделась. И тотчас
Джон Прингли, самый смелый,
Спросил, не тратя лишних слов,
За что так любит Мэри Сов
Ее барашек белый?

Вопрос был прост. И прост весьма
Ответ вам, малыши:
За то, что Мэри и сама
Не чает в нем души!

Песни в дороге
1
Кто ездит по этой дороге нетряской?
Прекрасная леди в рессорной коляске:
«Динь-динь, динь-динь!»

А кто путешествует этой дорогой?
Лорд рыцарь в доспехах, печальный и строгий:
«Клинь-клинь, клинь-клинь!»

Кто шагом плетется по этим ухабам?
Старьевшик в повозке, нагруженной хламом:
«Шлёп-шлёп, шлёп-шлёп!»

А кто там идет по тропинке пешком?
Охотник с собакой и дробовиком:
«Топ-топ, топ-топ!»

2
Чок-чок, чок-чок,
В Бенбери-крос скачи, дружок,
В Бенбери-крос скачи, дружок,
И все там разузнай:
Может ли Томми купить, дружок,
В Бенбери-кросс купить, дружок,
на пенни сырок,
на два – пирожок,
а на три – яблочный пай?

3
Моя лошадь пропала.
Ее не найти.
Две подковы она потеряла в пути.
И еще – потеряла она седока,
Уронив его в лужу вот здесь, у ларька…

Доб и Моб
Жил-был человек по имени Доб
Со своей женой по имени Моб.
Держал он собаку по кличке Боб
и еще была кошка
Джиттерабоб.
Доб говорит: «Моб,
Не знаешь ли ты, где Боб?»
«Боб?» - говорит Моб.
«Боб», - говорит Доб.
«Нет, я не знаю, гдеБоб,
И довольно об этом, Доб,
Я устала.
Джиттерабоб!»
«Моб!» - говорит Доб.
«Доб!» - говорит Моб.
«Доб!» - говорит Боб…
«Стоп!» - говорю я,
Мы запутались с вами, друзья.

Шестеро мышат
Едва поднялась над землею Луна,
Шесть дружных мышат сели ткать у окна.

Ткачам в лунном свете ничуть не темно.
Вдруг старая кошка стучит к ним в окно.

«Вы дома? Но чем же вы заняты? Ах!
Поверьте, вам вредно работать впотьмах!

Я ночью все вижу и, что говорить,
Могла бы помочь вам откусывать нить!»

«О нет! - отвечали мышата все вместе. –
Впустить вас – не много ли будет нам чести?

Нам лучше не видеться с вами,
А нить мы откусим и сами!»

Том, сын волынщика
Сын волынщика Том
Был со всеми знаком.
Не беда, что невидным он был пареньком –
Брал он в руки волынку
И, сперва под сурдинку,
А потом все задорнее, все веселей
Он играл:
«Веет ветер холмов и полей,
Ветер песенку мне напевает,
Мою челочку набок сдувает!»

Том немало, наверное, песенок знал,
Но никто никогда и нигде не плясал –
Обойди хоть полсвета –
Веселей, чем под эту,
Что наигрывал Том на волынке своей.
Он играл:
«Веет ветер холмов и полей,
Ветер песенку мне напевает,
Мою челочку набок сдувает!»

Был простым пареньком
Сын волынщика Том,
Но недаром же все говорили о том,
Как на ферме соседней
Как-то в полдень весенний
Он заставил плясать поросят и свиней,
Он играл:
«Веет ветер холмов и полей,
Ветер песенку мне напевает,
Мою челочку набок сдувает!»

Только Долли корову доить начала,
Как волынка послышалась из-за угла –
Наплясалися вволю
И корова, и Долли,
Опрокинув подойник,
Кружась все быстрей
под напев:
«Веет ветер холмов и полей,
Ветер песенку мне напевает,
Мою челочку набок сдувает!»

В город старая Мэгги держала свой путь.
Том, расправив меха,
Что есть мочи стал дуть,
И под песню волынки
У торговки в корзинке
В пляс пошли и побились все яйца, ей-ей!
Он играл:
«Веет ветер холмов и полей,
Ветер песенку мне напевает,
Мою челочку набок сдувает!»

Королева
Шиповник цветет над ручьем
Рядом с лилией, лилией белой.
Поверь, когда сделаюсь я королем –
Я тебя назову королевой!

Пусть луг зеленеет,
Пусть сад зацветет –
Тебе повторять я готов:
Моя королева, ты слаще, чем мед,
Душистей всех летних цветов!

Песенка про молочницу
- Позволь, красавица, тебя
Немного проводить.
Куда спешишь?
- На луг, милорд, иду коров доить.
Она сказала так: «На луг, милорд, коров доить».

- А хочешь стать моей женой,
Красавица, мой свет?
- О да, милорд,
Конечно, да,
Ну кто же скажет «нет»?
«Ну кто же скажет «нет», милорд?» - таков ее ответ.

Тогда, красавица, скажи,
Кто честный твой отец.
- Милорд, он фермер, и еще –
Он бравый молодец!
Она сказала так: «Милорд, он бравый молодец!»

- Что есть для счастья у тебя,
Красавица, мой свет?
- Два синих глаза, о милорд,
Синей на свете нет!
«На свете краше нет, милорд», - таков ее ответ.

- Увы, красотка, подождать
С женитьбой я решил.
- А разве кто-то вас, милорд,
О чем-то здесь просил?
Она сказала: «Что ж, милорд,
Здесь, право, ничего, милорд,
Никто ни у кого, милорд,
Представьте, не просил!»

***
Жил на свете еврей-переводчик,
Было лет ему двадцать и три.
Он работать хотел за границей,
Но евреев не брали туда.

Языки изучать он старался,
Знал их лучше, чем сам Розенцвейг,
Но друзья говорили, что это
Не поможет ему все равно.

И однажды он горько заплакал
И папаше сказал своему:
- Папа, папа, что делать – не знаю,
За границу поехать хочу!

И сказал ему родный папаша:
- Ты, Абрам, не спеши унывать,
Не один у тебя я на свете,
У тебя есть и русская мать.

Вытер слезы еврей-переводчик,
В отделении паспорт сменил,
И с тех пор стал он русским навеки
И отправился в город Париж.

Он живет себе тихо в Париже,
Шьет костюмы и пьет кальвадос,
И не знает, что органы власти
Захотели проверить его.

Как-то вечером в «Шехерезаде»
Он увидел шатенку одну,
Распевала она шансонетки
И снимала потом гарнитур.

На колени к нему она села
И тихонько сказала ему:
«Поступай к нам в разведку, Абраша,
Я тогда с тобой ночь проведу!»

Тут коньяк ему в голову вдарил,
И подумал Абрам про себя:
«Проведу я с ней темную ночку,
Но отчизну свою не предам!»

И привел он ее к себе в номер,
И ласкал ее бурно всю ночь,
А потом позвонил он в посольство
И сказал, что шпионку поймал.

А в ответ ему голос знакомый
Сообщил интересную весть:
- Та шпионка – сотрудница наша,
И все это проверка была.

Тут Абрам подбегает к кровати,
Поднимает над ней простыню
И в шпионке жену свою Катю
Неожиданно он узнает.

Но она вдруг в постели садится,
И в руках у нее пистолет.
Говорит она: «Милый Абраша,
Тут пришел твоей жизни конец!

Ты Отчизну бессовестно предал,
И за это положен расстрел,
И, хотя я тебя и любила,
Но Отчизну я больше люблю!»

И Абрам не успел ей ответить,
Как свалился он с пулей в груди,
А она на него поглядела –
И другую пустила в себя.

А наутро сотрудник посольства
Их нашел на холодном полу,
И постель их была еще теплой,
Но остыли уже их тела.
akhbaron1962: (осень)
Это стихи Владимира Луговского. Не папины. Но они все равно хорошие, поэтому пусть остаются в отдельном посте.

***
Поманила пальцем.
Убежала.
Сны окончились.
Кругом темно.
Горечь расставанья,
боль и жалость
хлынули
в раскрытое окно.

Хлынул шум дождей непобедимый,
сентября коричневый настой.
Понесло холодным, кислым дымом,
городской дрожащей темнотой...

С кем ходила ты?
Кого жалела?
В сон чужой ты почему вошла?
Ласковое тоненькое тело
ты кому спокойно отдала?

Что о жизни нашей рассказала,
голову прижав к чужой груди?
Голосами девяти вокзалов
почему сказала мне: уйди?
akhbaron1962: (осень)
Уже все сказано - в который раз убеждаюсь.

***

Есть три эпохи у воспоминаний.
И первая - как бы вчерашний день.
Душа под сводом их благословенным,
И тело в их блаженствует тени.
Еще не замер смех, струятся слезы,
Пятно чернил не стерто со стола -
И, как печать на сердце, поцелуй,
Единственный, прощальный, незабвенный...
Но это продолжается недолго...
Уже не свод над головой, а где-то
В глухом предместье дом уединенный,
Где холодно зимой, а летом жарко,
Где есть паук и пыль на всем лежит,
Где истлевают пламенные письма,
Исподтишка меняются портреты,
Куда как на могилу ходят люди,
А возвратившись, моют руки с мылом,
И стряхивают беглую слезинку
С усталых век - и тяжело вздыхают...
Но тикают часы, весна сменяет
Одна другую, розовеет небо,
Меняются названья городов,
И нет уже свидетелей событий,
И не с кем плакать, не с кем вспоминать.
И медленно от нас уходят тени,
Которых мы уже не призываем,
Возврат которых был бы страшен нам.
И, раз проснувшись, видим, что забыли
Мы даже путь в тот дом уединенный,
И задыхаясь от стыда и гнева,
Бежим туда, но (как во сне бывает)
Там все другое: люди, вещи, стены,
И нас никто не знает - мы чужие.
Мы не туда попали... Боже мой!
И вот когда горчайшее приходит:
Мы сознаем, что не могли б вместить
То прошлое в границы нашей жизни,
И нам оно почти что так же чуждо,
Как нашему соседу по квартире,
Что тех, кто умер, мы бы не узнали,
А те, с кем нам разлуку Бог послал,
Прекрасно обошлись без нас - и даже
Все к лучшему...
akhbaron1962: (осень)
Так и еще "Нивы сжаты, рощи голы, от воды туман и сырость..." и "Лес словно терем расписной, лиловый, золотой, багряный... " - было написано красной бегущей строкой на фронтоне районной управы - той самой, рядом с коей стояла раньше доска с портретами заслуженных людей района и профидем Ленина, который мой папа в разгар перестройки облил краской цвета человеческих испражнений... Осталось только "Проснись и пой!" увидеть в бегущей строке - и все, круг замкнется...
А в Москве между тем осень, октябрь уж наступил, уж роща отряхает последние листы с нагих своих ветвей, и в Ботаническом саду так щемяще красиво, что я сейчас это вам покажу:


Посмотреть на Яндекс.Фотках


Посмотреть на Яндекс.Фотках


Посмотреть на Яндекс.Фотках


Посмотреть на Яндекс.Фотках


Посмотреть на Яндекс.Фотках


Посмотреть на Яндекс.Фотках


Посмотреть на Яндекс.Фотках


Посмотреть на Яндекс.Фотках

И небанальный стих про осень, который не поместится на фронтоне управы в бегущей строке, не в формате он во всех смыслах, а мне памятен тем, что я некогда, лет 40 назад, нашла его в ярко-зеленой нетолстой книжечке типа "Родные поэты" - это стихотворение Баратынского, под невинным грифом "про природу" проникшее в ту совеццкую книжечку, природу советская власть не отменяла, она ее призывала любить, сама под шумок убивая, как и все живое, а я нашла стих и выучила, несмотря на длину - у меня была необычно хорошая память, и стих мне понравился, и меня хвалил мой любимый учитель за небанальный выбор и выразительное чтение...
Где это все? Вторая половина жизни - один сплошной вопрос: ГДЕ ЭТО ВСЁ? Учитель, школа, папа, Ленин... В отличие от строки на фронтоне управы, бегущая строка жизни не закольцована, блин, и бежит неведомо куда, и ничего не остается.

Е.А.Боратынский

Осень
редакция 1837 г.


Из сборника «Сумерки». • Опубликовано в «Современнике», 1837, т. V, № 1, стр. 279.

И вот Сентябрь! Замедля свой восход,
Сияньем хладным солнце блещет,
И луч его в зерцале зыбком вод
Неверным золотом трепещет.
Седая мгла виется вкруг холмов,
Росой затоплены равнины,
Желтеет сень кудрявая дубов,
И красен круглый лист осины;
Умолкли птиц живые голоса,
Безмолвен лес, безмолвны небеса!

И вот Сентябрь! И вечер года к нам
Подходит: на поля и горы
Уже мороз бросает по утрам
Свои сребристые узоры.
Подымется ненастливый Эол:
Пред ним помчится прах летучий,
Качаяся завоет роща, дол
Покроет лист ее падучий;
И набегут на небо облака,
И, потемнев, запенится река.

Прощай, прощай, сияние небес!
Прощай, прощай, краса природы!
Волшебного шептанья полный лес,
Златочешуйчатые воды!
Веселый сон минутных летних нег!
Вот эхо в рощах обнаженных
Секирою тревожит дровосек,
И скоро, снегом убеленных,
Своих холмов и рощей зимний вид
Свинцовый ток туманно отразит.

А между тем, досужий селянин
Плод годовых трудов сбирает:
Сметав в стога скошенный злак долин,
С серпом он в поле поспешает.
Гуляет серп; на сжатых бороздах
Снопы стоят в копнах блестящих
Иль тянутся вдоль жнивы на возах,
Под тяжкой ношею скрыпящих,
И хлебных скирд золотоверхий град
Подъемлется кругом крестьянских хат.

Дни сельского, святого торжества!
Овины весело дымятся,
И цеп стучит, и с шумом жернова
Ожившей мельницы крутятся.
Иди, зима! на строги дни себе
Припас оратай много блага;
Отрадное тепло в его избе,
Хлеб-соль и пенистая брага:
С семьей своей вкусит он без забот
Своих трудов благословенный плод.

А ты, когда вступаешь в осень дней,
Оратай жизненного поля,
И пред тобой во благостыне всей
Является земная доля;
Когда тебе житейские бразды,
Твой дольний подвиг награждая,
Готовятся подать свои плоды,
И спеет жатва дорогая,
И в зернах дум ее сбираешь ты,
Судеб людских достигнув полноты, —

Та так же ли, как земледел, богат?
Как он, и ты с надеждой сеял;
Как он, и ты о дальнем дне наград
Сны позлащенные лелеял.
Любуйся же, гордись восставшим им!
Считай свои приобретенья...
Увы! к мечтам, страстям, трудам мирским
Тобой скопленные презренья,
Язвительный, неотразимый стыд
Души твоей обманов и обид!

Твой день взошел, и для тебя ясна
Вся дерзость юных легковерий;
Изведана тобою глубина
Людских безумств и лицемерий.
Алкаемых неопытным тобой,
Сердечных нег вкусив отраву,
Ты, может быть, любовью мировой
Пылая, звал и ведал славу?
О, для тебя уже признаков нет,
Их разогнал неодолимый свет!

Кругом себя взор отрезвелый ты
С недоумением обводишь;
Где прежний мир? Где мир твоей мечты?
Где он? — ты ищешь, не находишь!
Ты, некогда всех увлечений друг,
Сочувствий пламенный искатель,
Блистательных туманов царь — и вдруг
Бесплодных дебрей созерцатель!
Один с тоской, которой смертный стон
Едва твоей гордыней задушён.

Но если бы негодованья крик,
Но если б вопль тоски великой
Из глубины сердечныя возник
Вполне торжественный и дикой:
Костями бы среди своих забав
Содроглась ветреная младость,
Играющий младенец, зарыдав,
Игрушку б выронил, и радость
Покинула б чело его навек!
И заживо б в нем умер человек!

Зови ж теперь на праздник честный мир,
Спеши, хозяин тароватый!
Проси, сажай гостей своих за пир
Затейливый, замысловатый.
Что лакомству пророчит он утех!
Каким разнообразьем брашен
Блистает он! Но вкус один во всех
И, как могила, людям страшен;
Садись один и тризну соверши
По радостям земным твоей души!

Какое же потом в груди твоей
Ни водворится озаренье;
Чем дум и чувств ни разрешится в ней
Последнее вихревращенье;
Пусть, в торжестве насмешливом своем,
Ум бесполезный сердца трепет
Угомонит, и поздних жалоб в нем
Удушит недостойный лепет,
И примешь в грудь, как лучший жизни клад,
Ты дар его, мертвящий душу хлад;

Иль отряхнув видения земли
Порывом скорби животворной,
Ее предел завидя невдали,
Вдруг умиленный, вдруг покорный,
Возмездий край благовестящим снам
Доверясь чувствам обновленным
И бытия мятежным голосам,
Всесильным гласом примиренным,
Внимающий в весельи и тиши
Лучам небес раскрывшейся души, —

Пред промыслом оправданным ты ниц
Падешь с признательным смиреньем,
С надеждою, не видящей границ,
И утоленным разуменьем:
Знай, внутренней своей вовеки ты
Не предашь земному звуку
И темных чад житейской суеты
Не посвятишь в свою науку:
Знай, дольняя иль горняя, она
Нам на земле не для земли дана.

Вот буйственно несется ураган,
И лес подъемлет говор шумный,
И пенится, и ходит океан,
И берег бьет волной безумной:
Так иногда толпы ленивый ум
Из усыпления выводит
Глас, дикий глас, вещатель общих дум,
И страстный отзыв в ней находит;
Но высшего понятия глагол
Дол носится, не отзываясь дол.

Пускай, приняв неправильный полет
И вспять стези не обретая,
Звезда небес в бездонный мрак падет;
Пусть загорится в них другая.
Не явствует земле ущерб одной,
Не поражает ухо мира
Далекого ее паденья вой,
Как в беспредельности эфира
Ее сестры новорожденный свет
И небесам восторженный привет.

Зима идет, и тощая земля
В широких лысинах бессилья,
И радостно блиставшие поля
Златыми класами обилья:
Со смертью жизнь, богатство с нищетой,
Все образы годины бывшей,
Сравняются под снежной пеленой,
Однообразно их покрывшей.
Перед тобой таков отныне свет;
Познай, тебе грядущей жатвы нет.


Конец 1836 — начало 1837
akhbaron1962: (water)
* * *
***

Я записную книжку потерял.
А в книжке был серьезный матерьял.
Она весьма непрочною была,
Но в ней любовь за строчками жила.
...Что листопад в страничках насорил,
Что невпопад я сам наговорил.
Что ночь нашла. Что вьюга намела.
И телефонов чьих–то номера.
Там расплывались строчки от дождя,
За перегиб странички уходя.
Была и еретическая блажь,
Какая? — трудно вспомнить, но была ж.
И лист сухой, зеленый там шумел
Мне одному. Беззвучно. Как умел.
Забыл стихи. Забыл наметки тем.
И телефоны канули совсем.
Один я помню. Но не позвоню.
Что я звоночком этим изменю?
Ведь жаль не книжки, а минувших жаль
Минуток, суток. В том–то и печаль.
Сухого тополиного листа,
А не любви, что так была проста.
Жаль, что грущу, как признанный поэт,
Не о свиданьях, а о смене лет.
Жаль, что назвал все это — матерьял,
Что не нашел стихи, а потерял.

1980

* * *

Так был этот закат знаменит,
Что все галки — о нем, про него...
Нет, не могут стихи заменить
Ни тебя, ни меня, никого.

Ты ушла. Я остался один
С бесконечностью прожитых лет
И с одной из московских картин,
Прочно вбитой в оконный багет.

Так был этот закат знаменит,
Что все стекла, все крыши — к нему...
Нет, не могут стихи заменить
Настоящей любви никому.

1983
akhbaron1962: (зимняя)
Вчера она ко мне пришла, и я вспомнила, чем она, ее стихи были для меня в юности - жизнью, самой жизнью, любовью самой и страстью, и мыслью, и чувством, камертоном чувства, силы его, всеохватности его... Поддержкой : значит, так можно, так было уже, и можно вот так об этом говорить - не щадя себя, раскрываясь, даруя и умирая... Можно быть такой!
И я вспомнила, листая ее книгу, несколько особенно любимых стихов - некоторые из них я даже пела, положила на свои пять аккордов и пела под гитару...
А одно, любимое тогда, стало правдой для меня только сейчас.

Вот я их приведу здесь. Почитайте.Read more... )

Из цикла "Бессонница"
***
В огромном городе моем - ночь.
Из дома сонного иду - прочь
И люди думают: жена, дочь,-
А я запомнила одно: ночь.

Июльский ветер мне метет - путь,
И где-то музыка в окне - чуть.
Ах, нынче ветру до зари - дуть
Сквозь стенки тонкие груди - в грудь.

Есть черный тополь, и в окне - свет,
И звон на башне, и в руке - цвет,
И шаг вот этот - никому - вслед,
И тень вот эта, а меня - нет.

Огни - как нити золотых бус,
Ночного листика во рту - вкус.
Освободите от дневных уз,
Друзья, поймите, что я вам - снюсь.
1916

***
Я тебя отвоюю у всех земель, у всех небес,
Оттого что лес - моя колыбель, и могила - лес,
Оттого что я на земле стою - лишь одной ногой,
Оттого что я о тебе спою - как никто другой.

Я тебя отвоюю у всех времен, у всех ночей,
У всех золотых знамен, у всех мечей,
Я ключи закину и псов прогоню с крыльца -
Оттого что в земной ночи я вернее пса.

Я тебя отвоюю у всех других - у той, одной,
Ты не будешь ничей жених, я - ничьей женой,
И в последнем споре возьму тебя - замолчи!-
У того, с которым Иаков стоял в ночи.

Но пока тебе не скрещу на груди персты -
О проклятие!- у тебя остаешься - ты:
Два крыла твои, нацеленные в эфир,-
Оттого, что мир - твоя колыбель, и могила - мир!
1916

***

В лоб целовать — заботу стереть.
В лоб целую.

В глаза целовать — бессонницу снять.
В глаза целую.

В губы целовать — водой напоить.
В губы целую.

В лоб целовать — память стереть.
В лоб целую.


5 июня 1917

***
Кавалер де Грие, напрасно
Вы мечтаете о прекрасной,
Самовластной, в себе не властной,
Сладострастной своей Манон...
Вереницею вольной, томной
Мы выходим из ваших комнат.
Дольше вечера нас не помнят.
Покоритесь - таков закон.

Мы приходим из ночи вьюжной,
Нам от вас ничего не нужно,
Кроме ужина и жемчужин,
Да, быть может, ещё - души...
Долг и честь, кавалер, - условность,
Дай вам Бог целый полк любовниц.
Изъявляя при сём готовность...
- Страстно любящая вас - М...
31 декабря 1917

Из цикла "Ученик"
По холмам - круглым и смуглым,
Под лучом - сильным и пыльным,
Сапожком - робким и кротким -
За плащом - рдяным и рваным.

По пескам - жадным и ржавым,
Под лучом - жгучим и пьющим,
Сапожком - робким и кротким -
За плащом - следом и следом.

По волнам - лютым и вздутым,
Под лучом - гневным и древним,
Сапожком - робким и кротким -
За плащом - лгущим и лгущим.

1921

Из цикла "Хвала Афродите"

Тщетно, в ветвях заповедных кроясь,
Нежная стая твоя гремит.
Сластолюбивый роняю пояс,
Многолюбивый роняю мирт.

Тяжкоразящей стрелой тупою
Освободил меня твой же сын.
— Так о престол моего покоя,
Пеннорожденная, пеной сгинь!

18 октября 1921

***
Знакомец! Откелева в наши страны?
Которого ветра клясть?
Знакомец! С тобою в любовь не встану:
Твоя вороная масть.

Покамест костру вороному пыхать,
Красавице - искра в глаз!
Знакомец! Твоя дорогая прихоть -
А мой дорогой отказ.
1922

Из цикла "Провода"
***
В час, когда мой милый брат
Миновал последний вяз
(Взмахов, выстроенных в ряд),
Были слезы - больше глаз.

В час, когда мой милый друг
Огибал последний мыс
(Вздохов мысленных: вернись!),
Были взмахи - больше рук.

Точно руки - вслед - от плеч!
Точно губы вслед - заклясть!
Звуки растеряла речь,
Пальцы растеряла пясть.

В час, когда мой милый гость...
- Господи, взгляни на нас! -
Были слезы больше глаз
Человеческих и звезд
Атлантических...
1923
***
Ты, меня любивший фальшью
Истины — и правдой лжи,
Ты, меня любивший — дальше
Некуда! — За рубежи!

Ты, меня любивший дольше
Времени. — Десницы взмах!
Ты меня не любишь больше:
Истина в пяти словах.

12 декабря 1923

***
Дней сползающие слизни,
...Строк поденная швея...
Что до собственной мне жизни?
Не моя, раз не твоя.

И до бед мне мало дела
Собственных... — Еда? Спанье?
Что до смертного мне тела?
Не мое, раз не твое.

Январь 1925

Read more... )
akhbaron1962: (зимняя)
Интересно, что я сегодня должна была ехать в Тарусу - к Цветаевой. Взяла с собой книгу и по дороге в метро читала ее стихи. Увы, до Тарусы я не доехала - и слава богу, погода отвратительная. НО! Возвращаюсь домой, открываю ЖЖ с целью скопировать новый красивый дизайн у прекрасной nikavvv (кстати, полюбуйтесь!) - и что нахожу в качестве примера контента? "Поэму конца", ту самую, которую больше всего люблю у МЦ и которой в моей книге - не было! Только что открываю Ленту друзей - и у igorinna вижу "Повесть о Сонечке" про Страстную субботу...
akhbaron1962: (зимняя)
Стихи, которые я читаю, делятся для меня на 4 категории:
1. барахло = не стихи
2. непонятно что: вроде не совсем барахло или даже совсем не... Не мое, не торкает, не въезжаю, отказываюсь выносить вердикт. Неинтересно.
3. стихи. которые я сама хотела бы написать и, может, написала бы, будь у меня поболе трудолюбия и таланта, и преданности этому делу. Или если иной был бы опыт у меня. Восхищаюсь и завидую.

Иногда какие-то стихи со временем перемещаются из 2 категории в 3-ю: я меняюсь, меняется восприятие - и во что-то въезжаю, во что не въезжала раньше.

4. Стихи, которые я никогда не могла бы написать. С автором мы существуем в разных мирах; как сказала одна героиня сериала : "Мы с тобой из разных категорий... ну как спагетти и водород". Восхищаюсь, недоумеваю, радуюсь, что это есть в мире: такие люди и такие стихи, опосредованно восхищаюсь многообразием вселенной.
Бывают у одного автора стихи всех трех категорий (бывают и всех четырех на самом деле).

Такой автор - Линор Горалик. Каждый раз испытываю нечто вроде удара током от ее текстов.
Вот последний из прочитанных.

***

Гусары денег не берут,
но мы в другом аду служили,
в другой могиле, побратимшись,
лежали.

Мы тоже родились под Сталинградом,
нам тоже в рот положено свинца,
и он у нас во рту катается,
пока дрожащим пальцем в грудь нам тычет
товарищ тухачевский - Рокоссовский.
Он наше ухо к уху прижимает
и в пуп нам дышит, и по полю боя
в томленьи топчется, пока
Господняя рука
на том конце концов не снимет трубку, -
уже вознесшегося Сашку, Петьку, -
и ухом к Уху не приложит,
и Сашке в пуп не скажет: Да?

Тогда

у нас под сердцем екнет рычажок;
гортанью двушка раскаленная проскачет
и упадет
в живот,
и там о дно луженое не звякнет,
а глухо брякнет о товарок,
других свинцовых Нюшек и Одарок,
и скажет: «Девочки, когда я залетела
к нему в орущий рот,
я думала — он сплюнет и уйдет.
А он, мой Паша, рухнул на колени
и ласково стонал, и языком меня катал,
и мы с одной попытки дозвонились,
всё донесли, и связь
хорошая была».

Такие мы ребята, - не гусары,
а честные альты и окулисты.
И мы бы вознеслись, и нам бы в пуп
Господь дышал, - но монетоприемник
тяжеловат, и медлит инкассатор.

Какие кони сбрасывали нас!
Какие женщины нас не любили!
Какая жесть, товарищ Рокоссовский.
akhbaron1962: (Растерянный котик)
Сегодня был хороший день: идти никуда можно не, в бассейн не пошла из-за простуды, запланировано было целый день тщательно учить идиш, ибо пройдено всего было много весьма: трех- и четырехзначные числа, время по часам , да еще - самое страшное - прошедшее время, которое у евреев галутных образуется, естесс-но, через ж...
И вот я неспешно пила чай с молоком, читала "Русскую жизнь", светило солнце... Я стирала кофточку, копошилась по дому, котики спали и просыпались, времени было сколько хочешь, я садилась за стол, записывала в тетрадки слова, переводила предложения, отдыхала...
И поняла, что вот это - самое лучшее для меня: когда дело есть, но спешки нет; сколько угодно времени на дело и безделье.
Больше, пожалуй, не буду ходить на концерты Л. Больно все у нее благостно. И одинаково. Ни Гумилев, ни Ахматова благостными не были. Не были романтичными поэтичными возлюбленными под сенью струй и царскосельских лип. И нечего благостно журчать их тексты на один мотив под засыпание бабушек в зале с тяжелыми деревянными дверями. И нечего туда ходить. Какими угодно, но НЕ благостными и НЕ поэтичными. Тем паче Цветаева. И Ахмадулина.
Под журчание Л. открыла, что "В ремешках пенал и книги были..." и "Отнятая у меня. Ночами..." - написаны одним размером. И, кажется, даже в обоих по два четверостишия? И тогда ясно, что сознательно сместил Тарковский синтаксис относительно ритма, эти перескакивания слов в следующую строку - означают смятение, не помещающееся в слова и в ритм... А второй куплет уже без этого обошелся, между ним и первым как бы прошло время, герой пережил смятение (да и было оно скорее у героини) и теперь размышляет, как бы сложить заклятье. Великие стихи, а история банальная: жена приехала в Среднюю Азию, где у поэта случился роман, и забрала его. О эти прижизненные вдовы! За редкими исключениями только они могут сосуществовать с Художниками, ибо НЕ существуют, не переживают, сверхценность у них иная: посмертные сливки. Но ведь обеспечивают тыл. Спасибо им. И за стихи, по большому счету, тоже им спасибо. На троих сообразили, получается: Поэт, Она и жена.

***(отнятая у меня, ночами) (А.Тарковский)

Отнятая у меня, ночами
Плакавшая обо мне, в нестрогом
Черном платье, с детскими плечами,
Лучший дар, не возвращенный Богом,

Заклинаю прошлым, настоящим,
Крепче спи, не всхлипывай спросонок,
Не следи за мной зрачком косящим,
Ангел, олененок, соколенок.

Из камней Шумера, из пустыни
Аравийской, из какого круга
Памяти - в сиянии гордыни
Горло мне захлестываешь туго?

Я не знаю, где твоя держава,
И не знаю, как сложить заклятье,
Чтобы снова потерять мне право
На твое дыханье, руки, платье.

1968

Оказалось, видите, 4 куплета. Чередуются "сбоящие" - 1-й и 3-й - и "правильные" - 2-й и 4-й. "Ангел, олененок, соколенок"... Интересно, в ахматовском стихе - "лебеденок". Просто потому, что эти слова уменьшительные ложатся хорошо в 5-стопный хорей?
akhbaron1962: (Новогодний)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] borkhers в С Праздником!
крещение


***

Свята вода и с ней весь мир подводный,
шары из рыб, кораллы и моллюски,
прозрачный осьминожка беспородный,
креветки и медуз огромных сгустки,
все скопище - до мелкого планктона.

Свята вода в трубе водопроводной -
откроешь кран - и не услышишь стона:
прольется благодать струей холодной.

Омой лицо и может быть прозреешь,
и все хворобы облегчатся разом.
А то смотри - как быстро ты стареешь,
спина согнулась, помутился разум.

Кто, глядя на тебя сегодня, скажет,
что это тело тоже было храмом?
Как празднует народ, тебе покажет
негодный телик с выпуклым экраном:

ныряет, не забыв перекреститься,
плечистый парень в ледяную прорубь...

Ни на кого не хочет опуститься,
кружит, кружит под небом белый голубь.

(2011)

akhbaron1962: (Новогодний)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] jewsejka в Дмитрий Быков (комментарий) // "Сноб", 22 июля 2011 года

Рейтинг 100 лучших поэтических произведений, созданных на русском языке


Amеrican Film Institute (AFI) каждый год публикует список ста лучших фильмов, снятых за всю историю американского кинематографа.С одной стороны, глупо расставлять произведения искусства по строчкам в рейтинге — как спортсменов на пьедестале (первые три места: 1 - «Гражданин Кейн», 2 - «Крестный отец», 3 - «Касабланка»). С другой стороны, это отличный ресурс для любителей кино, а для AFI — трафик на сайте.

Поскольку на «Снобе» собралось такое количество любителей поэзии (судя по тому, как мы дружно «ругали Бродского»), предлагаю составить самый окончательный и бесповоротный рейтинг русских стихов — не поэтов, а именно отдельных произведений. Это будет такой патентованный список проекта «Сноб». Оставляйте в комментариях имена авторов, названия и ссылки на стихотворения, поэмы (или романы в стихах), которые на ваш взгляд претендуют на включение в первую сотню произведений, когда-либо написанных на русском языке, — а потом мы создадим общий список на каком-нибудь PollDaddy, дружно проголосуем и опубликуем здесь.



Дмитрий Быков: Избранная антология русской поэзии

Идея отобрать 100 лучших русских стихотворений кажется мне весьма симптоматичной: мы сейчас не столько развиваем и обновляем наследие, сколько инвентаризируем его, пытаясь прийти к консенсусу относительно истинных ценностей. Антологии – тридцать рассказов по выбору такого-то, десять веков русской поэзии, лучшие сны в русской прозе, -- сейчас в моде, не нужно только обольщаться насчет их репрезентативности. Они отражают субъективный авторский выбор – или, точней, отражают авторское состояние. В любой другой момент, в другом настроении, я сам отобрал бы другие тексты.

Список этот наверняка многих разочарует и вызовет понятный скепсис – в нем почти не представлен русский авангард, мало верлибров, преобладают сантименты и т.д. Однако прошло, мне кажется, время ориентироваться на эти возращения. Мелодия – душа музыкального произведения, сказал Шостакович, которого уж никак не упрекнешь в простоте и сентиментальном лиризме. Единственная уступка чужим вкусам – и официальной истории литературы, из которой Ходасевича не выкинешь, -- включение одного стихотворения из «Европейской ночи»: мало кого я так не люблю по-человечески, как этого автора, но будем справедливы. Если честно, жена уговорила.

  1. Ломоносов, «Вечернее размышление о Божием величестве при случае северного сияния»
  2. Державин, «Властителям и судиям»
  3. Батюшков, «На развалинах замка в Швеции»
  4. Жуковский, «Эолова арфа»
  5. Пушкин, Песня Председателя («Пир во время чумы»)
  6. Пушкин, «Погасло дневное светило»
  7. Пушкин, «Храни меня, мой талисман»
  8. Пушкин, «19 октября 1825 года»
  9. Пушкин, «Похоронная песня Иакинфа Маглановича»
  10. Лермонтов, «Тучки небесные»
  11. Лермонтов, «Тамара»
  12. Лермонтов, «Сон» («В полдневный жар в долине Дагестана»)
  13. Лермонтов, «Ангел» («По небу полуночи»)
  14. Лермонтов, «Три пальмы»
  15. Некрасов, «Еду ли ночью по улице темной»
  16. Некрасов, «В деревне»
  17. Некрасов, «Слезы и нервы»
  18. Некрасов, «Горе старого Наума»
  19. Некрасов, «Баюшки-баю»
  20. Полонский, «Мой костер»
  21. Тютчев, «Оратор римский говорил»
  22. Тютчев, «Она сидела на полу»
  23. Тютчев, «Два голоса»
  24. А.К.Толстой, «Алеша Попович»
  25. Кузмин, «Если б я был древним полководцем»
  26. Зоргенфрей, «Вот и все. Конец венчает дело»
  27. Блок, «Ты помнишь, в нашей бухте сонной»
  28. Блок, «Опять с вековою тоскою…»
  29. Блок, «Болотный попик»
  30. Блок, «Превратила все в шутку сначала»
  31. Блок, «В густой траве пропадешь с головой»
  32. Есенин, «Сыпь, гармоника. Скука, скука!»
  33. Есенин, Монолог Хлопуши
  34. Цветаева, «Милый друг, ушедший дальше, чем за море»
  35. Цветаева,  «Страсть приходит не с грохотом и громом…»
  36. Цветаева, Попытка ревности
  37. Цветаева, «Тоска по Родине. Давно…»
  38. Ахматова, «Седьмая» (из «Северных элегий»)
  39. Ахматова, «В том доме было очень страшно жить»
  40. Ахматова, «Я приснюсь тебе черной овцою»
  41. Вера Инбер, «Колыбельная сыну, которого нет»
  42. Мария Шкапская, «Петербурженке и северянке…»
  43. Гумилев, «Красное море»
  44. Гумилев, «Заблудившийся трамвай»
  45. Маяковский, «Разговор с фининспектором о поэзии»
  46. Маяковский, «Себе, любимому»
  47. Ходасевич, «Баллада» («Мне невозможно быть собой…»)
  48. Кирсанов, «Смерти больше нет»
  49. Ник. Бурлюк «Тихим вздохом, легким шагом»
  50. Антокольский, «Баллада о чудном мгновении»
  51. Луговской, «Медведь»
  52. Багрицкий, «Весна»
  53. Кесельман, «Прибой утих. Молите Бога...»
  54. Бунин, «Я простая девка на баштане»
  55. Бунин, «Сказка о козе»
  56. Заболоцкий, «Сказка о кривом человечке»
  57. Заболоцкий, «Иволга»
  58. Заболоцкий, «Старая актриса»
  59. Пастернак, «Рождественская звезда»
  60. Пастернак, «Свидание»
  61. Пастернак, «Вторая баллада»
  62. Пастернак, «Иней»
  63. Пастернак, «В низовьях»
  64. Мандельштам, «Золотистого меда струя из бутылки текла»
  65. Мандельштам, «Tristia»
  66. Мандельштам, «Ламарк»
  67. Мандельштам, «Бежит волна, волной волне хребет ломая…»
  68. Мандельштам, «Квартира тиха, как бумага…»
  69. Олейников, «Надклассовое послание (влюбленному в Шурочку)»
  70. Катаев, «Цветок магнолии»
  71. Кедрин, «Приданое»
  72. Домбровский, «Амнистия»
  73. Твардовский, «Я убит подо Ржевом»
  74. Симонов, «Ты говорила мне «люблю»
  75. Тарковский, «Звездный каталог»
  76. Самойлов, «Сербские песни»
  77. Слуцкий, «Бухарест»
  78. Мориц, «Читая греческий кувшин»
  79. Нонна Слепакова, «Сказ о Саблукове»
  80. Городницкий, «Воздухоплавательный парк»
  81. Алешковский, «Окурочек»
  82. Кушнер, «Сентябрь выметает широкой метлой»
  83. Маршак, «Сирень»
  84. Бродский, «Осенний крик ястреба»
  85. Окуджава, «Прощание с новогодней елкой»
  86. Галич, «Гусарский романс»
  87. Евтушенко, «Долгие крики»
  88. Вознесенский, «Ты меня на рассвете разбудишь»
  89. Шефнер, «Милость художника»
  90. Высоцкий, «Баллада о детстве»
  91. Новелла Матвеева, «Одержимый Джим»
  92. Ким, «Блатная диссидентская»
  93. Гребенщиков, «Самый быстрый самолет»
  94. Наум Коржавин, «Памяти Герцена»
  95. Михаил Светлов, «В разведке»
  96. Игорь Юрков, «Арабески-2»
  97. Дидуров, «Детские фотографии»
  98. Чухонцев, «Зычный гудок, ветер в лицо»
  99. Лосев «Невидимая баллада»
  100. Щербаков, «Русалка, цыганка, цикада»
  101. Игорь Караулов, «Жизнь просто пройдет по Остоженке…»

.

akhbaron1962: (Новогодний)
Читаю сижу стихи. Read more... )

Сергей Куллэ

Все вечные снега
прейдут,
как временная дурь.
Метели угомонятся,
как дети.
И мы с тобою
встретимся в саду.
В том солнечном саду,
где зеленеет травка.

Владимир
Уфлянд:

Песнь о моем друге

Цветенья дым струится над Отчизною. Отцы и братья трудятся в полях. А я стою. А мне навстречу издали мой друг идет по лесу на бровях.
То соловьем поет он, то синицею. В его душе творится благодать. Того гляди возьмут его в милицию, и десять дней его нам не видать.
Он одет, как турист зарубежный. (Их немало в лесах появилось.)
Боже! Чем я, ничтожный и грешный, заслужил от Тебя эту милость?
Порой мой друг невольно оступается, знакомых троп не видит второпях.
Стада мычат, природа просыпается. Мой друг идет по лесу на бровях.
Кто следит, чтоб он в овраге по пути не ночевал?
— О, стоит над душой его Ангел, в женском облике мой идеал.
Друг в добром здравье — нет прекрасней зрелища. Нет чувств превыше дружбы и любви. Нет хуже зла, чем вечное безденежье, хоть и добра не купишь на рубли.
Я становлюсь готов к любому подвигу, желаю страстно жизнь отдать в боях, когда ко мне с женой своею под руку мой лучший друг шагает на бровях: то ногами рисует круги, то за пазуху руку засунет. Знать, гостинец несет на груди в запечатанном круглом сосуде.
Получка жжет карман ему и премия. А вкус закуски, как всегда, претит.

И Небеса услышат наше пение. И Бог на нас вниманье обратит. Он скажет нам:
— Спокойнее, родимые. Я вас и так, сирот моих, люблю. Берите всё с собой необходимое и отправляйтесь отдохнуть в Раю.
Вскрикнут матери, жены и тетки. Их на время охватит тоска.
Выдаст нам Господь путевки и оформит отпуска.

Тишь. Теплынь. Пахнет луком поджаренным. Это — Рай в представленье моем. Встретив Кеннеди с Гагариным, слезами обольем.
Чу, лягушки кричат в водоеме. Мыши топчут колхозный посев. Значит, Рай — где-то в нашем районе. Слышу с детства знакомый напев:

О, Русь-страна! Кресты. Костры. Строительства.
Посередине Кремль святой стоит.
А в нем живет Советское Правительство,
Нас одевает, кормит и поит.

От Кремля исходит свечение.
Днем и ночью сияет рубин.
И глядят в немом восхищении
Чех с китайцем, мадьяр и румын.

Мудрость КПСС безгранична,
Не допустит она, чтоб вторично
Черный демон с горы Кавказской
Поселился на башне Спасской.

Ты прав, певец!
Ушли в преданья бедствия. Недаром рай теперь — в родных краях.

Пусть в каждый дом с поклоном в знак приветствия ваш друг войдет однажды на бровях.

1968

Владлен Гаврильчик
Из цикла "Спецстихи"

В праздник наш революцьонный
Все гуляют вдоль Невы.
В общем дружном хороводе
И конторские на взводе,
И фабричные кривы.

На трудящихся со стенки,
Ручкой делая привет
И лукаво улыбаясь,
Смотрит дяденьки портрет.

Флаги алые трепещут
На Балтийском на ветру.
Все народы видят нашу
Славу, Мощь и Красоту.

В праздник наш революцьонный
Все ликуют, все поют...
Домового ли хоронят,
Ведьму ль замуж выдают.

10 февраля 1982

Остальное - здесь, кому интересно
http://www.rvb.ru/np/publication/sapgir4.htm#64
akhbaron1962: (Default)



Зареклась участвовать в конкурсах, но больно тема хороша. Так что выложу старый стих.

Утреннее размышление


В этой постели
тело твое в моем пребывало теле,
душе помогая
забыть, что неприкосновенна душа другая.

Учусь одиночеству.
Заново.
День за днем.
Дыша им, как воздухом, не вспоминать о нем.
Принять,
как среду обитания
или приход зимы.

…Размытые очертания полутьмы…

Рассвет обнажает изнанку жизни:
Взглянешь – сойдешь с ума.
И больше уже не страшно:
Юродивый – собственной вечности господин.

-- Не заглядывай в бездну,
она заглянет в тебя сама,
когда исполнятся сроки.
Не торопи ее, погоди
осваивать нежилые области бытия,--

Твержу себе
Без тебя.
akhbaron1962: (Default)
Просматриваю собственный журнал, расставляю тэги. Нашла прекрасное:

http://www.novayagazeta.ru/arts/45798.html

Ну разве не актуально? А ведь 2009 год.
akhbaron1962: (Default)
Мне всё одно: обратным оком в себя я тайно погружен, и в этом мире одиноком я заперся со всех сторон. Мне любо это заточенье, я жизнью странной в нем живу: действительность в нем сновиденье, а сны я вижу наяву".
Вяземский
akhbaron1962: (Default)
[livejournal.com profile] rionen1.
Жанр: лимерики
Слова: долгота, матерщина, смс, мигрень

Бедный прапорщик из Боготы
В географии от долготы
Широту отличал,
Но об этом молчал
Вредный прапорщик из Боготы

Из московских предместий мужчина
Возмущался в метро матерщиной.
Чем Москва, - говорил, -
Лучше берег Курил. 
Ни души там – ковыль да лещина.

Мафиози из Южного Бутова
Знал заранее, где погребут его.
Он под пули полез,
Написав смс:
«Закопайте не северней Бутова».

В лавке мод франтоватый прохожий
Заказал из мигреневой кожи
Боливар и брегет,
Получил же лангет
По ошибке: слова ведь похожи.

2.
Слова: станция, газон, иностранец
Заданный жанр, который использован как слово: сонет. 

Круглей лилей, 
больней отложенных солей
Колеса, эй, 
куда несетесь в бурном танце?
Уж не вернуть – 
лишь промелькнет побелка станций,
Газон, перрон - 
и позади туман полей.
Аэродром – 
и заклубятся иностранцы
В железной птице между туч.
Сонет могуч,
Коль скоро ту приемлет форму,
Что услаждает ныне взор мне.
Моя щека
Не пожелает знать румянца.
Пляши, алкай,
Чуждайся вечных правил танца.
Узнаешь, как
Влияет запах померанца
На прыть прыжка.























































[livejournal.com profile] akhbaron

1. Ключевые слова: электричка, мужчина, пенсионер, шалава. Заданный размер - хорей.

***

В электричке поутру
Все бутылки соберу -
мой мужчина есть не хочет
Кабачковую икру.

Он галантный кавалер,
инвалид-пенсионер,
ест и пьет с утра до ночи -
настоящий Гулливер!

- Ты, шалава, - говорит,
на халяву,- говорит, -
норовишь со мной проехать!
Не прокатит! - говорит.

- Я сегодня впал в тоску
и желаю коньяку!
Королевские креветки
я в духовке запеку!

В электричке поутру
все бутылки соберу
дорогому-золотому
на коньяк и на икру!

2. Ключевые слова: прах, вокзал, растение, калитка. Заданный жанр - театральный монолог

О люди, львы, орлы и куропатки,
рогатые олени и другие!
Мне больше на вокзал спешить не надо,
хотя весна настала, и уже
с рассадой и мотыгами на дачи
владельцы шести соток потянулись
(не "шестисоток" в смысле "Мерседесов",
а в смысле приусадебной земли).

Увы! Нет больше дачи у меня!
А было время - впрямь ли это было? -
цвели там розы, зрели помидоры,
малина и крыжовник...
из растений
осталась только сныть - сорняк упорный -
да яблони; еще - сирень, жасмин...

Не открывать мне более калитку,
ведущую в заросший снытью сад,
в прах обратился дом
и жизнь моя.

С вокзала никуда мне не уехать.

Поэт-переводчик М.

Ключевые слова: ликер, диван, персонификация, змей. Заданный жанр - автобиография.

***

Родился. Жил. Болел. Балдел.
Учился. Дрался. Пил и ел.
Грешил налево и направо.
Любил диван, ликер, халяву.

Частенько слышал: "Ах ты змей!"
Старался жить повеселей,
но верен им я с давних пор:
диван, халява и ликер.

Летели годы, словно дни.
В своих стихах я персони-
фицировал, как триоман,
ликер, халяву и диван.

О девы юные! Куда вы
спешите, полные халявы?
"Сюда, сюда! - кричу я вам. -
Ко мне, с ликером на диван!"

Читатель, об одном молю:
чтоб жизнь прекрасную мою
ты осудил не слишком строго.
Что ж, такова моя дорога.
Об этом я стихи сложил.
Вот это жизнь! Чтоб я так жил!


Ольга, lj-user KusinaHAOS

1. Отрывок оды, ключевые слова: собака, верность, бес, пила

***

Дерзаю ныне, ободренный,

Неверной трепетной рукой

Кимвал подъявши позлащенный,

Воспеть того, кто дал покой

Пределам и концам вселенной.

Многоочит, многокрылат,

Как верный пес, у райских врат

Он бдит. На них не посягнет

Ни гад, что вьется в бездне вод,

Ни алчный бес с пилой раздора,

Ни дед с отваром мухомора.



2. Хайку, ключевые слова: конец, травы, львица, заслуга.



Старой дороги конец

Исчез в высокой траве.

Кукует кукушка.



Старой дороги конец

Смотри, заглушили совсем

Сочные травы.



Чайник поставил.

Хоть в этом заслуга моя

За целый день.



Что ты все спишь?

Хоть вдоль решетки пройдись,

Ленивая львица!



На цыпочки встал.

Хоть на миг из-за спин увидеть

Львицу в траве.



Вся-то ее заслуга -

Спит без конца в траве.

Львица за решеткой.


Приглашаем новых участников!
akhbaron1962: (Default)
Памяти В.Д.

Принесу сегодня тебе цветы -
последнюю дань.
Со своей немыслимой высоты
на меня глянь.

Уж никто не встанет теперь стеной
за меня.
Господи, душу его упокой
до Судного дня.

А душа его, высока,
На земном пути
И моей коснулась слегка.
Дальше мне идти

без тебя, любовь и память храня.
Самой за все отвечать.

...А когда Господь призовет меня -
выходи встречать.
akhbaron1962: (Default)
чужих певцов блуждающие сны...

С преступной медлительностью, обусловленной непростительной ленью и легкомыслием (а кое-кто и вовсе не чешется, ага!), продолжаю оцифровывать творческое наследие папы. Роман готов, в работе - книжка детских стихов. Они писались в разное время, в книге расположены не в хронологическом порядке - папа составлял ее сам и подготовил к изданию, которое, увы, не состоялось.
Перепечатывая эти тексты, я убеждаюсь, что многие из них по-настоящему хороши. (Да, я необъективна, но я ведь не говорю, что каждое - шедевр).
Так что под катом - несколько папиных (Владимира Лугового)детских стихов разных лет на мой выбор.

Read more... )
akhbaron1962: (Default)
http://rionen.livejournal.com/157759.html#cutid1

Здесь шедевры еще двоих участников... ну и мои, кто не видел... а и перечитать - удовольствие :)
akhbaron1962: (Default)
Вчера состоялись литературные посиделки, инициированные юзером rionen. Было очень здорово, все участники оказались на удивление талантливы, выглядеть на их фоне прилично было непросто.
Выкладываю свои опусы. rionen выложит у себя в журнале все тексты участников посиделок, тогда я дам ссылку - или сами смотрите ее журнал.
Присоединяйтесь! О дате следующих посиделок я сообщу.

А вот и обещанные шедевры.

Задание 1
Ключевые слова: кофе, шпилька, клин.
Форма произвольная (я выбрала форму лимерика).

Молодая девица из Клина
сокрушалась: «Ну что за мужчина!
Я и кофе варила,
и на шпильках ходила,
а в итоге осталась невинна!»

Задание 2
Форма: лимерик
В качестве упоминаемого населенного пункта предлагалось выбрать один из американских штатов.

Престарелый ковбой из Техаса
продал все свое стадо на мясо
и все деньги отдал
в фонд спасенья коал,
изумив населенье Техаса.

Задание 3
Форма — лимерик.
В качестве упоминаемого населенного пункта предлагалось выбрать одну из столиц бывших союзных республик.

Детективный писатель из Риги
был любителем тонкой интриги.
Он с сюжетом не справился
и внезапно преставился,
не закончив единственной книги.

Задание 4
Форма — произвольная.
Ключевые слова — Приап, Персефона, кража.

Юноша бледный со взором горящим пришел к эскулапу:
— Был я изрядный ходок, и девиц я имел без числа.
Щедрые жертвы богам приносил, но однажды к Приапу
дерзкую речь обратил, передышки короткой прося.
Силу мужскую мою в тот же миг он похитил.
Юные девы с тех пор возбуждать перестали меня.
Ныне молитвы свои обращаю к одной Персефоне —
жизнь без любовных утех превратилась в постылый кошмар!
Молча ему эскулап протянул упаковку «Виагры»...

Вывод: на бога надейся, но сам между тем не плошай.

Задание 5
Форма — произвольная.
Ключевые слова: Гера, Гермес, одиночество, пещера.

Гнра.
Одиночество в долгом браке.
Бессилие всемогущей.
Где он?
В какой пещере
очередная возлюбленная
вынашивает дитя?
Вечное ожидание
вести. Гермес крылатообутый
ее принести не замедлит.
Гнев.
Безысходность.
Бессмертие —
мученьям не будет конца.

Profile

akhbaron1962: (Default)
akhbaron1962

April 2017

S M T W T F S
      1
2345 6 78
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 23rd, 2017 04:44 am
Powered by Dreamwidth Studios